Димитровский герой сражался в Мурманске и Японии

- Реклама -

Фронтовику Великой Отечественной войны, жителю Димитрова Григорию Кулакову исполнилось вчера 90 лет. С юбилеем ветерана поздравили местные власти, организация ветеранов.

Были подарки, застолье и воспоминания.

Он родился в Алтайском крае, был 11 ребенком в семье. «Младше меня была только сестренка, — вспоминает инвалид войны. — Когда в 1932-м навалился голод, семья наша перебралась из поселка Жерновский, что в Баевском районе Алтайского края, на Сахалин». 

До острова, куда искать лучшую долю, перекочевало полпоселка, добрались лишь семеро детей Алексея Самойловича Кулакова. Остальных забрали голод и болезни.

Работа на тамошних шахтах отняла здоровье у одного из братьев. Как-то во время взрыва пострадал и сам Алексей Самойлович. Долго лечился, семья едва сводила концы с концами. А потом пришла война…

Из троих старших братьев, ушедших на фронт, никто не вернулся. Один погиб под Москвой, другой в степях Маньчжурии, третий — под Сталинградом.

Зимой 1943-го Григория прямо со школьной скамьи (он был в десятом классе) военкомат направил учиться в Горьковское училище зенитной артиллерии. Спустя три месяца он с воспалением легких угодил в больницу. Пока лечился, ребятам из его курса присвоили звания младших лейтенантов — и на фронт! А его ждал Мурманск — портовой город, куда союзники доставляли технику и продукты. Его нужно было прикрывать от налетов фашистов. Делали это две зенитно-артиллерийские дивизии. 

Кулаков был командиром приборного отделения на одной из них. Большая часть его подопечных — студентки медицинского и педагогического институтов Горького. 

«Мы били по немцам зачастую вслепую. Так называемый заградительный огонь по определенным квадратам, — вспоминет Григорий Алексеевич. — Не то чтобы часто, но сбивали врага. А лавры доставались тем, кто первый прибудет на место падения самолета и зарегистрирует всё». 

Однажды его батарею (четыре орудия) полностью уничтожили фашистские бомбы. Кулаков и еще два человека спаслись чудом — как раз были на командном пункте. Тогда погибли около 50 студенток…

В 1944-м, когда война сместилась на Запад, оставшийся в живых женский персонал распустили по домам. Дивизии же, после определенной реорганизации, направили на границу с Монголией. Там пробыли до августа 1945-го, когда началась война с Японией. 

«Я попал в мелкокалиберную зенитную артиллерию, предназначенную для прикрытия десанта, — продолжает Кулаков. — Наша пятая отдельная стрелковая бригада формировалась в порту Находка. Оттуда двинулись через Охотское море на принадлежавший тогда японцам Южный Сахалин».

Они шли на пароходах, лесовозах. А девятого к рассвету впереди показался остров. Началась высадка.

«Без толковой разведки полезли наши, напролом. А японцы, отступая, заминировали берег. Десятки морячков тогда полегло», — делится ветеран.

Досталось тогда и ему: две лошадки, которые тянули пушку, выйдя на берег, попали на мину. «Первую сразу убило, вторую смертельно ранило. А мне отбило большой палец правой руки, и посекло осколками левое бедро», — вспоминает он, отмечая, что в госпиталь не захотел идти, так что оперировал врач из санчасти. — Спирту мне дали, чтобы не шибко орал… Сопротивления там практически не было. Лишь раз встретился самурай, прикованный на вышке к пулемету. Наши забрались туда, так он ни разу не стрельнул, сразу сдался.

Старший сержант Александр Кулаков. Сахалин, 1946 год.

А такой он сейчас…

По окончании войны он остался на Сахалине — старшиной батареи управления. А в 1951-м, окончив курсы лейтенантов, командовал приборным взводом, станцией орудийной наводки.

Службу окончил уже в Богодухове (Харьковская область, Киевский военный округ) старшим офицером батареи «стомиллиметровок». Незадолго до увольнения в звании капитана — женился.

«С другом (он был из Межевой) поехали в месячный отпуск к нему в гости. В поезде встретил девушку. Александра была димитровская, а в Межевой работала медсестрой, — вспоминает Григорий Алексеевич. — Познакомились, понравились друг другу. Стали встречаться… Потом поехали в Донецк, где в больнице лежал ее отец (ему, горняку шахты «Центральная», глаза выбило во время аварии), за благословением. А расписались уже в Димитрове. Забрал я Сашеньку в Богодухово, а когда мне оставалось полгода до конца службы, она подарила мне дочь. А там и вторая появилась… Жену похоронил более семи лет назад. ».

Он работал начальником отдела кадров на строящейся железной дороге Красноармейск-Павлоград. Потом, получив специальность подземного электрослесаря, трудился на димитровских шахтах №3-3 бис и им. Стаханова. На пенсию ушел в конце 80-х. 

В общей сложности на шахта проработал почти тридцать лет. Бог берег от аварий. Но один раз его спасло чудо. «В узком месте не разминулся с электровозом, — усмехается ветеран. — Шел у стены, а транспорт «спрыгнул» с путей и придавил меня. Каска лопнула, лицо чуть не треснуло. Но — выжил…»

- Реклама -