Главный полицейский Донетчины: о войне, возрождении, детях и выборах

- Реклама -

Начальник главного управления Национальной полиции в Донецкой области Вячеслав Аброськин в откровенном интервью Юлии Франжевой, опубликованном на сайте www.mvs.gov.ua, рассказал о кардинальных переменах, произошедших в органах внутренних дел за последний год, и о том, какой он видит полицию будущего.

— Прошло чуть больше года с тех пор, как вы, Вячеслав Васильевич, возглавили Донецкую областную милицию — участок работы, который является одним из самых сложных и опасных в Украине. Чтобы успешно и эффективно противодействовать терроризму на территории проведения АТО, необходимо было в кратчайшие сроки качественно изменить милицию, а также внести существенные коррективы в подходах к работе. Задача усложнялась еще потому, что год назад правоохранительные органы были полностью дезорганизованы и деморализованы.

— Впервые в Мариуполь я прибыл в июне 2014 года в качестве заместителя начальника департамента уголовного розыска МВД Украины, организовывал работу по борьбе с терроризмом, а возглавил Донецкую областную милицию спустя несколько месяцев — в ноябре. Тогда в Мариуполе не было ни здания, в котором можно было бы нормально работать, ни служебного транспорта, ни средств, ни личного состава, способного выполнять служебные задачи. Даже в кабинете начальника не было стула…

Помнится, я пришел в выделенное для Главка маленькое двухэтажное здание по улице Итальянской, 32 с двадцатью кабинетами – и это на 800 человек личного состава! В дежурной части находились милиционеры в гражданской одежде. На вопрос, где форма, ответили — осталась в Донецке.

Формально штат сотрудников милиции Донецкой области насчитывал 12 тысяч. На тот момент никто не мог пояснить: где находятся подразделения, какова их численность, какими средствами они располагают и какие задачи выполняют. Силы правоохранителей были разобщены и фактически разбросаны по всему региону, отсутствовала подчиненность, руководители были дезорганизованы. Собрать сотрудников оперативных подразделений и управление по борьбе с организованной преступностью не представлялось возможным.

Около месяца ушло на то, чтобы определить, какими силами и средствами мы располагаем. Как выяснилось, часть сотрудников, которые остались на оккупированной территории, нарушили присягу, перейдя служить в полицию самопровозглашенной Донецкой народной республики. Предатели были уволены из органов внутренних дел Украины, им грозит уголовная ответственность.

Поскольку силы местной милиции были брошены в основном на текущую работу, в качестве подкрепления в Донецкую область прибыли подразделения из других областей Украины. Они охраняли стратегически важные объекты, несли службу на блокпостах. За счет приданных сил была организована работа по документированию преступлений, которые совершались на оккупированных территориях – 

в 

Славянске, Краматорске, Константиновке, Дружковке. Милиционеры выполняли свой профессиональный долг в горячих точках – Дебальцево, Марьинке, Красногоровке, Гранитном, Широкино. В течение пяти месяцев в регионе находилось сто сотрудников спецподразделения «Сокол».

За год мы выстроили структуру ГУ МВД Украины в Донецкой области с четкой вертикалью власти.

Местные власти Мариуполя выделили для нас большое просторное здание на проспекте Нахимова, его отремонтировали, закупили необходимое оборудование и оргтехнику, по периметру установлен забор, объект находится под усиленной охраной. Здесь есть достаточное количество оружия и боеприпасов, транспортных средств. Мы восстановили поврежденный транспорт – УАЗ, КРАЗ, привели в готовность бронетанковую группу, в которую входит три БРДМ и БТР-60, установили на них соответствующее оружие и используем для охраны общественного порядка и проведения зачисток по линии разграничения.

Можно сказать, что за минувший год мы прошли путь от краха до возрождения. Сейчас наши ряды насчитывают порядка 5 тысяч сотрудников. Были уволены те, кто числился, но фактически не работал в органах.

В рамках реформирования милиция сменила название на Национальную полицию. Тем не менее, 712 милиционеров не перешли в новую структуру – одни уволились по выслуге лет, другие посчитали, что не пройдут аттестацию, некоторым было отказано по негативным мотивам. В результате у нас значительный недокомплект – 2,2 тысячи сотрудников.

— Далеко не все правоохранители были готовы нести службу в условиях военного конфликта и террористической угрозы. За счет каких резервов вы планируете закрыть потребность в сотрудниках и не сказывается ли кадровый дефицит на качестве и эффективности работы?

— Мы выходим из ситуации за счет мобилизации наших сил, переформатирования задач, оптимизации действий и за счет привлечения приданных сил. Например, в секторе «М» несут службу сводный отряд полиции Запорожской, Днепропетровской, Ивано-Франковской, Львовской областей, каждое из этих подразделений насчитывает от 30 до 90 человек.

Помимо основных задач по охране общественного порядка и раскрытия особо тяжких и резонансных преступлений, изъятия оружия и боеприпасов, мы также занимаемся охраной стратегически важных объектов, это мосты, водонапорные вышки, электроподстанции, газораспределительные станции и т.д.

Есть проблемы с размещением личного состава: 1812 сотрудников полиции не имеют постоянного жилья, это те сотрудники, которые остались верными присяге, вышли с оккупированной территории и прибыли сюда с семьями.

Кстати, Мариуполь – единственный город, который пошел нам навстречу в вопросе обеспечения жильем личного состава. В частности, из местной казны были выделены средства на приобретение двух квартир для наших сотрудников. Один из них — при выходе из Дебальцево получил серьезное огнестрельное ранение, здесь проживает его семья. Второй — приехал в Мариуполь с восьмилетней дочкой, они вдвоем занимали три квадратных метрах в общежитии одного из университетов – мать ребенка не захотела следовать за мужем и осталась жить на оккупированной территории – такая вот семейная драма.

— Как изменилась криминогенная ситуация в регионе за последний год?

— Сейчас уровень преступности в Донецкой области, пожалуй, самый низкий в Украине, и это несмотря на то, что регион наводнен оружием и боеприпасами. За 11 месяцев 2015 года было внесено в ЕРДР на 16,8 тысяч уголовных правонарушений меньше по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, если говорить о тяжких и особо тяжких преступлениях, то их количество также снизилось на 7,7 тысяч. 

Раскрываемость убийств достигла порядка 80%.
Сотни людей, причастны

х 

к терроризму

были

объявлены в розыск и задержаны. Задокументирован 801 факт незаконного оборота оружия и взрывчатых веществ, что на 202 больше по сравнению с прошлым годом. 

Хороших 

результат

ов нам

 удалось достичь благодаря слаженному взаимодействию с Вооруженными силами Украины и Национальной 

г

вардией.

Еще в начале года фиксировались факты нарушения правил дорожного движения военнослужащими, которые превышали скорость и совершали ДТП. Так, в прошлом году в Константиновке военные, управлявшие транспортом в нетрезвом состоянии, совершили наезд на женщину с ребенком, в результате чего ребенок погиб. Это вызвало большой резонанс в обществе, в городе начались массовые беспорядки. После этого были предприняты серьезные меры, чтобы подобные трагедии не повторялись.

Особое внимание мы уделяем Чермалыку, Гранитному, Марьинке, Красногоровке, поскольку эти населенные пункты более всего страдают от военного конфликта и постоянно подвергаются обстрелам со стороны врага. Там живет мирное население, дети пытаются посещать школы. В Гранитном, например, на протяжении месяца нет ни света, ни воды, ни газа, ни дров, ни угля. Эти люди нуждаются в помощи.

Но даже в этой ситуации бедственным положением людей воспользовались преступники. Так, представившиеся волонтерами мошенники похитили средства с банковских карточек у обездоленных людей, которые находятся на грани выживания. Такой поступок могли совершить только нелюди, по-другому их не назовешь.

— Помимо своих основных обязанностей милиция выполняет гуманитарную миссию в этих поселках – доставляет продукты питания и воду, и даже организует вывоз детей в Западную Украину.

— Многие, в том числе политики открещиваются от людей, которые проживают в приграничных районах, приписывая им сепаратизм. Но я придерживаюсь иной точки зрения. На протяжении многих лет никто не воспитывал в наших гражданах патриотизм, теперь мы пожинаем то, что посеяли. Вместо того, чтобы обвинять людей, нужно проводить с ними работу, и это направление мы тоже взяли на себя.

Нас волнует судьба подрастающего поколения. Мы с Сергеем Князевым, который на тот момент был моим заместителем, а сейчас возглавляет национальную полицию Закарпатской области, решили организовать поездку на Западную Украину для детей прифронтовых населенных пунктов. Они проживали в Сваляве, на протяжении двух недель посещали местную школу, подружились с детьми из Западной Украины, и по возвращению домой продолжают поддерживать с ними товарищеские отношения.

Как раз с целью патриотического воспитания мы запустили ряд проектов для подрастающего поколения: «Восток и Запад вместе», «Лига будущих полицейских». Детям важно ощущать поддержку взрослых и быть уверенными в том, что их не оставят в беде.

Интересы детей для нас – в приоритете. Когда год назад Дебальцево обстреливали из «Градов», мы по своей инициативе организовали вывоз детей из города. Это было очень трудно осуществить: в городе не было электричества и связи, не ходил транспорт. Тогдашний глава Донецкой областной военно-гражданской администрации Александр Кихтенко сказал: дескать, им ставят в упрек, что вывозом детей занималась милиция. На что я ответил: в противном случае дети бы погибли. А так мы их перевезли в пансионат в Днепропетровской области, где они проживали около шести месяцев.

Впоследствии мы разыскивали родителей этих детей, чтобы семьи могли воссоединиться. Родителей двух девушек, которым 14 и 15 лет, мы долго не могли отыскать, фактически, подросткам некуда было идти. Я обратился с этой проблемой к министру МВД Арсену Авакову, в итоге выход был найден: девушки поступили в юридический лицей имени Ярослава Кондратьева, они пишут о том, как им живется в столице и как нравится учеба. Для меня дети – это святое. Я сам – отец двух дочерей.

— Одним из важнейших событий для органов внутренних дел является реформирование, на смену милиции приходит Национальная полиция. Надо полагать, что

,

 помимо названия

,

изменятся подходы в работе?

— Закон Украины «О национальной полиции» вступил в силу 7 ноября, переходной этап завершится к 1 января 2017 года.

Созданы пять кустовых органов – Артемовский, Краматорский, Красноармейский, Волновахский и Мариупольский. Конечная цель — оптимизировать кадровый состав, сократить управленческий аппарат и упростить работу. В этих отделениях из руководящего состава остаются лишь начальник и его заместитель.

Вместо ГАИ в Славянске, Краматорске и Мариуполе будет функционировать патрульная полиция, ее задача — следить за соблюдением правил дорожного движения и заниматься охраной общественного порядка. В остальных населенных пунктах пока что остается ГАИ.

В рамках реформирования в прямое подчинение главы Национальной полиции перешли подразделения по борьбе с экономическими преступлениями, незаконным оборотом наркотиков и киберпреступностью.

Что касается качественного улучшения работы и добросовестного выполнения своих обязанностей полицейскими, то не последнюю роль в этом деле играет финансовое обеспечение сотрудников, многим из которых нужно содержать семьи и арендовать жилье.

Со своей стороны я провожу разъяснительную работу с личным составом, требую уважительно относиться к людям. Так, недавно на приеме побывала одна женщина и рассказала, ей пришлось около 7 часов ждать приезда следственно-оперативной группы для освидетельствования смерти матери. Я пообещал, что проведу служебную проверку, на что она сказала: «Не надо никакой проверки, вы сделайте так, чтобы правоохранители повернулись лицом к людям». Я собрал руководителей, рассказал им эту историю и предупредил, что так нельзя работать. Люди должны видеть поддержку со стороны полиции и должную реакцию на их обращения.

— Как вы полагаете, реально ли за 3-4 месяца обучить человека профессии патрульного полицейского? У многих на этот счет возникают сомнения.

— Патрульным полицейским в ходе обучения дают базовые знания, но профессионализм приходит с опытом. Понятно, что за столь короткий срок даже при условии интенсивных занятий всему обучиться невозможно. Новичкам предстоит пополнять свой багаж и профессионально самосовершенствоваться на практике.

— Какое количество личного состава прошло аттестацию и может по праву носить звание полицейского?

— На данный момент полицейским стал только я один – я прошел аттестационную комиссию и за меня проголосовали члены комиссии Министерства внутренних дел. Все остальные сотрудники были уволены из органов внутренних дел, все желающие написали заявления о вступлении в Национальную полицию. Они временно назначены на должности, чтобы обеспечить непрерывность рабочего процесса. Прошедшие аттестацию станут полицейскими и будут получать зарплату в несколько раз больше.

— Успех реформирования во многом зависит от технического перевооружения, не так ли?

— Работа в этом направлении проводится. Так, в Мариуполе в местах массового скопления людей устанавливаются камеры видеонаблюдения. Со временем мы планируем создать здесь коммуникационный центр, куда будет стекаться вся информация о том, что происходит в городе.

Каков принцип его действия? Оператор получает информацию о совершении преступления, с помощью специального программного обеспечения и управляет нарядами полиции (полицейские автомобили будут оборудованы трекерами, позволяющими определить место их дислокации). На основании данных видеонаблюдения оператор сообщает, куда движется преступник. Такая четкая и слаженная система работы позволит правоохранителям максимально оперативно реагировать на факты правонарушений. У преступников практически не будет шансов скрыться. Подобный опыт частично применяется в Красном Лимане. Чтобы запустить систему в Мариуполе, понадобится порядка 2 миллионов гривен.

— Одним из наиболее сложных испытаний для милиции, а теперь уже Национальной полиции являлось обеспечение правопорядка и общественной безопасности во время местных выборов. Насколько серьезной была угроза терактов, в частности, в Мариуполе?

— Накануне выборов у нас была информация о том, что диверсионные группы готовят теракты с целью дестабилизации обстановки, кстати, эти планы они вынашивают и сейчас. Цель – посеять хаос и недоверие к власти. Мы показали, что способны противостоять террору, проведя весь комплекс необходимых мероприятий. Мы ужесточили проход машин и людей, грузопотока на блокпостах, по этому поводу было много нареканий, но это делалось ради безопасности людей в Мариуполе. Здесь идет настоящая война.

— Некоторые общественные активисты, называвшие себя патриотами, в ходе предвыборной борьбы озвучивали намерение взяться за оружие и устроить в Мариуполе очередной «майдан». Имели ли эти угрозы какую-то реальную почву или это было сказано в пылу эмоций?

— Выборы показали, кто какой поддержкой пользуется у людей. Кричали единицы, а проголосовали десятки тысяч. Те, кто кричал громче всех, получили маленький процент голосов. Вот ответ на вопрос, способны ли эти люди всколыхнуть Мариуполь и повести его жителей за собой. Те, кто призывает взяться за оружие, кто оскорбляет правоохранителей, так или иначе понесут ответственность за свои поступки, по крайней мере, общественное порицание они уже «заработали».

Эти выборы дались нам тяжело, личный состав нес службу в усиленном режиме. Как результат, голосование в Мариуполе и Краматорске прошло без каких-либо грубых нарушений. Это подтвердили многочисленные наблюдатели. По некоторым фактам нарушений открыты уголовные производства, но они единичны.

— Одним из ключевых направлений вашей работы является проведение информационной и разъяснительной кампании. Вы, Вячеслав Васильевич, — частый гость на местном телевидении, по вашей инициативе реализуется ряд телевизионных проектов, выпускается печатное издание. Вы ведете свою страничку в

Facebook

, размещаете на ней информацию о результатах проделанной работы. Насколько обратная связь помогает в работе?

— Информационному направлению мы действительно уделяем большое внимание. На «Мариупольском телевидении выходят наши передачи «Полиция Донетчины» и «Детский патруль», одна для взрослой, другая – для юной аудитории. Наше печатное издание трансформировалось из маленького бюллетеня в полноценную газету, сейчас оно носит название «Полиция сегодня». Мы сняли фильм «Сх

i

д 

і

 Зах

i

д 

— 

разом» — о совместном проекте полиции Донетчины и Закарпатья с одноименным названием, вскоре презентуем еще один фильм о жизни детей в прифронтовой зоне. Мы также регулярно проводим встреч

и

 со студентами вузов.

В 

Fac

е

book

 мне пишет большое количество людей, читать все сообщения и вести страницу при больших объемах работы становится все тяжелее – на это нужно много времени. Тем не менее, я считаю, что обратная связь должна быть. На официальном сайте Главного управления Национальной полиции Донецкой области размещен адрес электронной почты для связи с населением. Мы открыты для людей.

— В преддверии Нового года позвольте немного отойти от рабочей тематики и поинтересоваться: есть ли у вас семейные традиции отмечания этого праздника?

— Семейных традиций празднования Нового года как таковых нет. Я работаю в милиции 22 года, в большинстве случаев встречаю этот праздник на службе, и очень редко — с семьей. Приходится выезжать то на тяжкие преступления, то в командировку. Большая часть жизни проходит на работе.

— Какие задачи ставите на 2016 год?

— Будем прилагать все усилия, чтобы с внедрением реформы изменилось отношение правоохранителей к своей работе. Каждый полицейский должен понимать: его главная задача – служить и защищать. Тогда мы ощутим действенность реформы. В то же время хотелось бы, чтобы государство заботилось о полицейских. Соблюдение баланса интересов позволит нашему обществу двигаться вперед.

- Реклама -